ortheos (ortheos) wrote,
ortheos
ortheos

post

Оригинал взят у osyotr в post
Еще объ гоголя, а дальше будутъ котики.
На французовъ я давно махнулъ рукой, а русскихъ чарли — не тѣхъ, понятно, что отпѣтая демшиза, а тѣхъ, что благонамѣренны — все хотѣлъ понять, больше изъ шкурничества: меня потому заѣло, что отъ состоянія умовъ вѣдь зависитъ, дадутъ ли дожить если безъ счастья, то хоть въ покоѣ, или и у насъ здѣсь вамъ будетъ не тутъ. Непонятное тревожитъ. Ну вродѣ понялъ, наконецъ.
"Эту интуицию драгоценной и хрупкой человеческой свободы духа я воспринял изначально именно в христианской среде, когда она была ещё исчезающе мала, маргинальна... и чужда какого-либо насилия. И даже когда крепнуще-костенеющий социальный институт Церкви вдруг ощерился своими ядовитыми, недовырванными Вольтером ядовитыми зубами, я не забыл своего детско-подросткового опыта внутренней свободы во Христе. Свобода ведёт у иных и к такому её выражению, как вольность рисовать или писать то, что мне не по нраву или даже отвратительно и вызывает боль. У них — свобода рисовать, у меня — право и вольная возможность на это не смотреть... Или даже рисовать свои ответные карикатурки и писать тексты... Автоматная очередь лишает даже такого выбора. Именно поэтому "я — Шарли".
Все, какъ всегда, просто, хотя что съ этимъ дѣлать, все равно непонятно. Всего-то — черезъ общее слово "свобода" уравниваются "свобода во Христѣ" и "свобода рисовать". Кому такая мысль вновѣ, тотъ ее въ упоръ не видитъ, а фармазонъ ее прочитываетъ даже выраженную имплицитно. Свобода во Христѣ какая? Она любая, апріорно. Апостолы бы съ этимъ не всѣ согласились, они говорили еще про рабство чему-то тамъ, но про рабство не такъ увлекательно. Коротко — когда говорятъ "люблю тяжелый рокъ и классику", это значитъ "люблю тяжелый рокъ". "Мы вотъ арранжировочку наложимъ, тутъ еще басы, и такое заколбасимъ..." Когда любятъ христіанскую свободу и Вырви-Зубъ Вольтера — любятъ Вольтера, Орлеанскую Дѣву ракомъ, все вотъ это, а христіанскую свободу не любятъ, она недостаточно свободна, а еще бы басы. Дѣву трепетно чту, но жизнь отдамъ, чтобы Вольтеръ ее похабилъ, а ему бы за это ничего не было, вѣдь за тѣмъ и Христосъ приходилъ. Чтобы это, наконецъ, внимательно прочесть, надо было провести этотъ и нѣсколько подобныхъ ему разговоровъ и рѣшить ужъ было, что ничего не пойму:

— Какъ, однако, быть съ драгоценнѣйшей и хрупчайшей свободой не знать о творчествѣ Хебдо..., не видѣть его апоѳеоза, награжденія Почетнымъ Легіономъ и шествія въ Вальгаллу? Слово "свобода" примѣнительно ко всему происходящему выглядитъ такъ же мало умѣстно, какъ и "христіанство".
— Я своей ограниченности полагаю, что лучше такая крайне своеобычно понятая "свобода", чем горлорезы в тюрбанах и с автоматами.
— Не совсѣмъ понялъ, какая именно "такая"? Если описанная мной и желанная мнѣ, то она отнята; благой совѣтъ "не нравится — не смотри" давно невыполнимъ, и всѣ это прекрасно знаютъ. Когда кто-то ругается матомъ въ трамваѣ, а я "не слушаю" — это свобода ужъ слишкомъ мистическая.
Рѣчь, стало быть, о свободѣ, которую назначили себѣ Хебдо, а меня не спросили; ну такъ и я имъ обязанъ сочувствіемъ не больше, чѣмъ матершиннику въ трамваѣ или тѣмъ людямъ съ автоматами, которые тоже выбрали свободу, и тоже только для себя.
— И всё же я считаю, что нельзя желать людям смерти, а тем более сорадеть душегубам... Я думаю, что христианская вера (коли она в нас вообще есть) призывает нас к сочувствию всякому человеку, пустьи с плохим вкусом и заблуждающемуся, если это не явный злодей. Хотя, боюсь, даже и к злодеям (хотя сам я на такое вряд ли способен).
— Милліоны, построенные со значками "я богохульникъ" въ дни, когда по міру убиваютъ христіанъ десятками тысячъ — не сочувствіе, а подлость. Далѣе, смерти Хебду желалъ лишь тотъ, кто ихъ убилъ, и всѣ опять это прекрасно знаютъ — но риторику свою строятъ такъ, будто слышатъ призывы къ убійству, а не къ не соблюденію приличій. Мнѣ жаль, что они умерли такими же, какими жили — но какъ это отмѣняетъ хоть что-то изъ мною сказаннаго?
— Мы нисколько не можем знать, каким тот или иной человек умирает. Эту тайну он уносит с собой. Да, христиан сегодня тысячами убивают, и меня как христианина это крайне печалит. Но ведь некогда и мои единоверцы тысячами убивали иноверцев, уж не говоря о том, что насмехались над их "ложными верованиями". Это, к сожалению, тоже факт.
Я здесь за вдумчивое исследование разных воззрений и за спокойную дискуссию, проясняющую рпедмет, или даже за диспут, но не за насмешки и хамство. Ни с одной стороны.
— Мои единовѣрцы никого за вѣру не убивали, но это ужъ къ слову.
Я и хотѣлъ понять, отчего поводомъ къ порицанію хамства и насмѣшки взяли случай, который любую такую мораль превращаетъ въ чистое издѣвательство. У всѣхъ, кто Чарли, только объ этомъ на разные лады и спрашиваютъ — какъ вообще возможна такая мысленная деррида; а въ отвѣтъ снова слышать объ исторической винѣ христіанства.
Я, пожалуй, не стану уже спрашивать, простите. Навѣрное, мнѣ оно и не надо.

Здѣсь кончается мораль и начинаются котики. Amen.
Subscribe

  • О Конституции

    .У меня полленты забито великой и важной войной за внесение в конституцию Важных Поправок. Архиереи выступили за внесение в Конституцию понятия…

  • Новый стиль - календарь сумасшедших.

    Вот часы. Они идут. Бежит секундная стрелка. Когда она обегает круг, минутная стрелка меняет свое положение. Когда минутная стрелка обегает круг,…

  • О сидении.

    "Стул художнику нужен лишь для временного отдыха и, самое большее, для детализации изображения. Когда акварелист садится на стул, ставит на…

promo ortheos september 18, 2014 10:40 25
Buy for 10 tokens
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment