Житие патриарха Никона ч.17

По пути в городах и селах встречали тело святейшего патриарха Никона с псалмами и литиями, а провожали слезами.

Когда доехали до Александровской слободы, игуменья девичьего монастыря со всеми монахинями числом не менее двухсот вышли из монастыря навстречу со звоном и славословием Богу, поя литию, смешивая пение с неудержимым плачем, и провожали с десять километров, плача о патриархе, и целовали его тело в гробу, и снова вернулись в обитель.

Потом приблизились к обители Живоначальной Троицы Сергиевой , и навстречу так же вышел архимандрит Викентий со всем причтом и со всею братиею и пели перед святыми вратами литию собором, и целовали тело святейшего и снова вернулись в обитель, еще же не успели отойти от обители Сергиевой, как пришел из Москвы вышеупомянутый диак, с повелением от царя архимандриту Кириллового монастыря Никите, чтобы немедленно ехал в Москву, а чтобы тело провожал архимандрит Троицкий Викентий. И так продолжили путь.

Когда же диак возвестил о смерти Никона, тот начал распрашивать о том, как он встретил его еще живого, об обстоятельствах смерти и о духовном завещании. Тот подробно и попорядку все рассказал, а о духовной сказал так:"Царь благочестивый!Я напоминал ему о том, чтобы написал духовную, но он мне отвечал, что не хочет, но только одно скажу - пусть вместо моего завещания будет мир и благословение государю Феодору Алексеевичу и всему его царскому дому. А о душе моей и многогрешном теле и о погребении и о поминовении, царь будет лучше духовного завещания и лучший устроитель, и как ему будет угодно, пусть так и сделает. "

Услышав это, царь умилился о святейшем патриархе Никоне и сказал:" если святейший патриарх на меня такую надежду возложил,воля Господня да будет. И сколько Бог помощи подаст, я его не забуду.

И приказал везти тело патриарха Никона в Воскресенский монастырь. Царь послал к патриарху Иоакиму и повелел звать его вместе со всем освященным собором в Воскресенский монастырь на погребение святейшего патриарха Никона. Патриарх отвечал посланнику: по воле государя я готов, иду на погребение, но на ектеньях именовать его патриархом Никоном не буду, но просто монахом, как собор постановил. Если же хочет царь заставить меня называть его патриархом, то я не пойду. Царь усиленно умолял Иоакима, чтобы тот пошел на отпевание и именовал почившего патриархом. Но патриарх продолжал отказываться, продолжая говорить, что не он лишил звания патриарха, а собор. Царь ему прислал сказать:"Если что вселенские патриархи будут говорить на тебя, все на мне пусть будет. Я буду умолять вселенских патриархов и они пришлют нам благословение и святейшему патриарху Никону прощение и разрешительную молитву".

Но патриарх на погребение не пошел, а отправил вместо себя новгородского митрополита Корнилия. А насчет поминовения на погребении сказал - как царь укажет - так и поминать.

Царь прибыл в Воскресенский монастырь со всем своим царским домом и синклитом, и митрополит с освященным собором тоже пришли еще до прибытия тела патриарха и митрополит распоряжался подготовкой к погребению, чтобы все было по уставу. Совершили вечернее богослужение с заупокойным бдением по уставу, по Киевскому требнику печати Петра Могилы, а рано утром пришел архимандрит Троицкий Викентий с телом патриарха Никона. И поставили гроб перед монастырем у Честного Креста, на котором была надпись "Благоволением благочестивейшего царя Алексея Михайловича и святейшего Никона патриарха в знак их общей любви и совета, в начало святой обители и наименование ее Новым Иерусалимом. И было это надписание высечено по камню славянскими буквами.

Возвестили царю, что тело святейшего патриарха привезли, 26 августа в первый час дня.И начали благовест бить по обычаю каждый колокол по удару. Когда наступило время идти ко гробу святейшего патриарха , то собрались все в великую каменную церковь на святой Голгофе, где Крест, поскольку воскресенская церковь еще не была закончена.

Царь со всем собором и синклитом облеклись в священные одежды . Из священного чина были митрополит Новгородский Корнилий, архимандрит монастыря Живоначальной Троицы Викентий , архимандрит Саввина монастыря Сильвестр, архимандрит Герман - ученик святейшего патриарха никона и игумен монастыря Воскресенского, архимандрит Никита Кирилловского монастыря на белом озере, духовник почившего , и прочие иеромонахи и иеродиаконы того Воскресенского монастыря. А также другие архимандриты и священники окрестных обителей и приходских церквей, и диаконы, и от народа неисчислимое множество.

И взяли крест, и хоругви, и святые иконы, и все вместе вышли из монастыря по чину ко святому кресту, возле которого стоял гроб. Царь же шел вместе со всеми и пел вместе со своими клириками Киевским распевом стихиру "Днесь благодать Святаго Духа нас собра".  А когда заканчивали ее, то снова начинали ее же, и пели ее все, весь собравшийся народ во множестве. Дойдя до Честного Креста, возле которого стоял гроб святейшего патриарха, зажгли огромные свечи в сажень длиной, а другие в три четверти и поларшина, специально на погребение приготовленные и покрытые черной краской на средства казны. И начал митрополит раздавать по чину всем священнослужителям свечи, а также народу, и немедленно священники руками взяли гроб с телом патриарха Никона , и несли его на головах ,а рядом с гробом шло двадцать юных отроков - царских певцов - в специальных одеждах похожих на рясы и стихари, из дорогих китайских тканей, разных цветов и с большими свечами , а перед ними по чину шли с церковными хоругвями и с честным крестом и святыми иконами, а после них - митрополит со священниками, а потом царь с синклитом, а после царя священники с одром святейшего патриарха Никона и отроки, а за гробом шел народ в множестве необозримом, и со слезами и воплями, плачущий. Царь же все пел вместе с певцами эту стихиру "Днесь благодать Святаго Духа нас собра", срывающимся голосом, так что и все от такого его пения в плач приходили.

Так дошли до церкви. И звон был великий во все колокола. внесли гроб в церковь Пресвятой Богородицы, называемую Темница, и там поставили одр с телом. И начали петь святую литургию, а после нее - чин погребения. Царь же повелел на каждом прошении поминать Никона патриархом, как и прочих московских патриархов поминают, митрополит так и поминал. А царь с самого начала погребения захотел сам участвовать, и 17 кафизму, и апостол сам читал, а потом пел с певцами. Когда же пришло время последнего целования, то государь сам вытащил десницу патриаршью из-под схимы, и покрыл ее поцелуями со слезами. Также и весь его царский дом, и синклит, и освященный собор, и вся братия и весь народ, множество мужей и жен до самых последних .

И закончив отпевание по чину, взяли священники гроб с патриархом и внесли в южную часть великой церкви Иоанна Предтечи под Голгофу, которая была иссечена в скале на том же месте, где в Иерусалиме расселась гора при распятии Христовом и через скважину стекла кровь Спасителя на главу Адамову, где и гроб первого архиерея Иерусалима - Мелхиседека можно видеть до сего дня. А здесь у нас лежит святейший патриарх Никон, и так он завещал о погребении тела своего , еще будучи жив, чтобы похоронили его именно в церкви этой. И Бог сотворил по желанию сердца его.

Царь не видел патриарха живого, но Бог дал ему любовь от всего сердца к нему, а тем более, что святейший патриарх при кончине душу свою Богу предал совершенно, а царю благочестивому  погребение тела своего так же, и поминовение своей души, как уже было написано, и тронуло это царя и на умиление подвигло и пожелал государь сам своими царскими руками тело его предать гробу и земле со слезами, плача ,рыдая и поя "Святый Боже". И видя это и сам митрополит, и собор , и люди удивлялись и сами на плач царем подвигались от такой любви царя, чего прежде не слыхано было, а государь Феодор Алексеич такую любовь оказывал тому, кого ни разу в жизни не видел. И дивились этому тем более, что всего чина погребения было десять часов и две четверти.

Когда же предали тело патриарха земле, изволил царь зайти в ризницу и посмотреть на ризы, в которых служил при жизни святейший патриарх. Митрополиту Корнилию Новгородскому подарил лучший саккос из алтабаса белого серебра, и омофор того же алтабаса, и другого алтабаса золотого. И другие архиерейские одежды подарил,и денег 100 рублей. Прочим же архимандритам и священникам и причту церковному, бывшему при погребении, от царской казны воздал неоскудно,и братии все нужное подал, и милостыню нищим. А тем братиям, которые пошли со святейшим патриархом Никоном в ссылку и в Ферапонтов и в Кириллов, и постриженным от него там  царь подарил новые рясы и теплые суконные кафтаны, и также много зимней одежды и иных келейных вещей множество, по трудам и по чину.

Казна святейшего патриарха Никона, которая была опечатана по приказу государя Алексея Михайловича, была привезена вместе с телом святейшего патриарха в Воскресенский монастырь, и сосуды все его серебряные, медные, оловянные и хорошие деревянные, и все до мелочи отдано в монастырскую казну. И в казну дал царь еще тысячу рублей на церковное строительство. Почтив митрополита и собор, государь отпустил их с миром по домам. А сам остался в обители и прожил там довольно долго, молясь за святейшего патриарха и входя в нужды братии, после чего и сам вернулся в царствующий град Москву, имея большую заботу, что патриарх Иоаким упорно отказывается именовать Никона святейшим патриархом. И решил написать об этом святейшим патриархам вселенским, что и выполнил.

Оставшиеся от патриарха Никона архиерейские одежды , митры, саккосы, мантиии и клобуки царь взял с собой в Москву, а в обители оставил для памяти о святейшем один саккос и омофор. А прочее архиерейское облачение, мантию, патерицу и прочая, повелел хранить в ризнице Кремля крепко. Послал государь митру и саккос патриарху Иоакиму в поминовение патриарха Никона . Но тот не принял. Митру отдали смоленскому митрополиту Симеону, а саккосы, клобуки, мантии и иные архиерейские одежды по царскому рассмотрению были розданы на помин души прочим архиереям.

Знайте же , что при погребении патриарха Никона , когда привезли тело его , то по повелению царя остановились не доходя поприще (2 км) до монастыря на мельнице на реке Песочне по имени Воскресенской. Тело святейшего внесли в комнаты, а из монастыря пришли архимандрит Герман и священники и принесли новое облачение , свиту (рубашку) белого сукна греческую из верблюжей шерсти, которую сам патриарх задолго до изгнания еще в пребывание в Воскресенском монастыре себе на смерть приготовил, рясу бархатную, архиерейскую мантию со скрижалями и источниками, панагию и схиму. Архимандрит сам облачил его во все с помощью иеромонахов. И не было от тела святейшего никакого запаха или смрада, хотя и был уже десятый день, и август месяц. И в такую жару никто и следа тления не видел, но как умер на реке, так до самого погребения ни лицо его, ни тело никак не изменились. Так его и в гроб обратно положили, и в нем привезли .

После отпевания дубовый гроб с телом святейшего патриарха поставили в каменную гробницу. Этот камень был приготовлен еще в житие Никона в Воскресенском монастыре и привезен с Океана для церковного употребления за большие деньги. Когда же Никон преставился, то царь повелел в этом камне вырезать гроб. И начали каменосечцы этот камень резать. Сначала отпилили от него верхнюю доску в два вершка толщиной для крышки. А потом начали выдалбливать в камне место для дубового гроба, и выдолбили с невероятными усилиями, потому что камень этот был очень прочный, под названием "белый алебастр". И такой найти почти невозможно.

,

Могилу выкопали в церкви Святого Иоанна Предтечи под святой Голгофой, у входных дверей с правой стороны в углу, чтобы гроб поместился. После отпевания и принесли сюда гроб с телом святейшего. Царь с митрополитом сами опустили дубовый гроб в высеченный каменный алебастровый и сами пели при этом стихиру на погребение , и покрыли гроб каменной отпиленной от него же доской, а над гробом вывели кирпичный свод ,и заровняли с полом.

Царь послал все четыре письма к Вселенским патриархам об именовании патриархом и Никонва в Палестину, дьяка Прокопия Возницына. И просил разрешения и прощения патриарху Никону, которого собор отлучил , и чтобы во всех русских церквях на всяком священнослужении поминать Никона святейшим патриархом вместе с прочими московскими патриархами.

А пока письмо шло, государь, разгораясь любовью к патриарху Никону, от всей души захотел исполнить заветное желание того и закончить великую церковь Воскресения Христова. И повелел работникам немедленно заняться ее вершиной, и приказал щедро выделять из казны на это средства, золота, серебра и денег, ризы , стихари, поручи, епитрахили, священные сосуды золотые и серебряные и иных вещей множество, которые должны быть в церкви и алтаре.

Монастыри, пустыни с крестьянами и угодьями, село Троицкое с деревнями, которые раньше были Бабарыкина, царь приказал отдать обители во владение на вечные времена.

Однако, по изволению Создателя, и он не смог окончить строительство, и смерть похитила государя Феодора Алексеевича и душа его преставилась в вечное блаженство. Тело же его предано земле в лето 7190 месяца апреля 27 день. И не увидел желаемого, ни грамот от вселенских патриархов не получил, ни церковь Воскресения не увидел законченной в совершенстве и освященной.

Тем временем, вселенские патриархи получили от царя послание и узнали от царя, как тот от всей души любит почившего и что очень хочет вернуть его в лик московских патриархов, и что достоин этого как по добродетельному житию, так и по мужеству, незлобию и смирению, с которыми перенес ссылку , и ко Господу отошел в молитве и покаянии.  Патриархи удивились и возблагодарили Бога о такой заботе царя относительно почившего патриарха. И исполнили просьбу царя и написали грамоты о прощении и разрешении и возврашении Никона в лик всех святейших патриархов Московских, запечатали своими печатями и прислали их в Москву 20 сентября 7191 года с тем же послом через год после кончины государя Феодора Алексеича. И те грамоты доставили к братьям его, властительствовавшим вместо него - государям и царям и великим князьям иоанну и Петру Алексеевичам . Цари получили грамоты и повелели перевести на русский язык, потому что были написаны по-гречески, а перевод послали к святейшему патриарху Иоакиму, говоря, что вот, присланы грамоты нашему приснопамятному брату Феодору Алексеичу.

Но патриарх и этих переводов не принял, а сказал:"Пока не принесете мне присланных святейшими патриархами вселенскими грамот, собственноручно написанными и их печатями запечатанными, не поверю." Посланец вернулся к государям с таким ответом, и тогда цари послали и грамоты вселенских патриархов. Иоаким принял их, созвал толмачей и приказал им переводить грамоты вслух, а сам сверял слышанное с присланными от царей переводами. Проверил печати все , и увидел , что собственноручно подписаны, и наконец - сказал:

"Вот теперь я вижу, что это действительно грамоты от самих святейших патриархов. Ну, раз так они решили, и я буду праведно судить. " И сразу после этого во всех церквях , начиная с великой церкви соборной, начали во всяком священнодействии поминать святейшего патриарха никона. Повелел патриарх Иоаким записать его и в соборный синодик, а грамоты сложить в патриаршью ризницу для удостоверения и свидетельства. И сам патриарх Иоаким стал ездить в Воскресенский монастырь и там поминать Никона святейшим патриархом.


Священник Иоанн Шушарин.