ortheos (ortheos) wrote,
ortheos
ortheos

Categories:

Житие патриарха Никона ч.11

Детство, отрочество, юность
Никон монах
Никон митрополит
Новгородский бунт
Никон патриарх
Воскресенский монастырь
Начало крестного пути
Немилость государева
Суд
Низложение


В те дни царское величество и вселенские патриархи и архиереи все советовались и сочиняли, как бы им учинить патриарху Никону извержение и куда бы его отослать в заточение.
О ТРЕТЬЕМ ПРИЗВАНИИ ПАТРИАРХА НИКОНА НА СОБОР 12 ДЕКАБРЯ.

Рано утром 12 декабря пришли к святейшему патриарху эти зватели , снова призывая на собор. Этот собор был созван уже не в царских палатах, а в обители святого Алексия Чудотворца митрополита Московского, которая именуется Чудов Монастырь.На воротах той обители была церковь Благовещения, а в притворах близ той церкви обитали и вселенские патриархи. В этой церкви собрались все патриархи,все архиереи и прочие освященного чина архимандриты и игумены, облаченные во священные одежды , архиереи в омофорах, прочие же по чину.Только Афанасий, митрополит Иконийский, о котором уже была речь, не возложил на себя омофора, а просто стоял в стороне и смотрел на происходящее дело их. Был же некто и среди архиереев российских , вологодский архиепископ Симон, который имел великую любовь к патриарху Никону , он не захотел идти на последний собор и не пошел. Когда же прислали за ним, чтобы пришел вместе со всеми, он притворился, что тяжело болен и лег на одр, и положил себе на ум, что не будет сообщником в изгнании патриарха Никона. Посланные пришли и возвестили, что тот Симон заболел и лежит на одре. Они же сказали:" Если даже заболел и ходить не может - пусть его принесут на одре. И сразу послали за ним и привезли его до церкви в санях, а в церковь внесли на ковре и положили в углу
. Там он и лежал, глядя на происходяшее и плача о лишении такого патриарха.


Когда же после низложения патриарха к свитку с объявлением низложения его царь и вселенские патриархи и архиереи и все бывшии на соборе добавляли свои подписи, этот Симон не хотел его подписывать, зная невинность патриарха Никона. Однако был принужден к этому общими усилиями и не мог отказаться. И взял уже подписанный многими архиереями свиток и подписался так:"Если здесь все истинно, пусть так и будет. Если же истины нет, то и я не подтверждаю." И прямо посреди своей подписи поставил четвероконечный крест. Увидев это, председательствующие на соборе и их главные деятели , начали на него сильно негодовать, что не по их желанию подписал. Однако в те дни ничего ему за это не сделали, однако после за это великую беду претерпел.

Святейший патриарх пришел по обычаю на собор, вошел в эту церковь, сотворил по обычаю поклонение перед святыми иконами и царю и патриархам, и прочим , стал посреди церкви. Были же тогда из царского синклита бояре князь Никита Одоевский , князь Григорий Черкасский, князь Юрий Долгорукий, и иные многие чиновники,и начали читать по-гречески извержение Никона из сана. Когда прочли греческим языком, начал читать то же извержение по-славянски Иларион, митрополит Рязанский. Услышав это неправедное извержение, Никон вмешался и сказал, что эти обвинения все ложь и клевета. Тогда Иларион начал кричать на него и называть его убийцей, блудником и хищником, и иными всякими словами. Услышав это, Никон сказал ему:"Чадо! Благодать во устну твоею" и от Писания стал говорить ему о правде и свидетельствовании истины. А был сей Иларион рукоположен от  самого патриарха Никона.

Когда прочли низложение, тогда вселенские патриархи сошли с мест своих и пришли к царским вратам в омофорах и прочитали какие-то краткие молитвы. После этого подошли к патриарху Никону и показывая ему рукой через переводчика повелели ему снять клобук. Был же на патриархе клобук черный , на котором изображен честный и животворящий крест драгоценным жемчугом. Спросил же их святейший патриарх "Зачем мне снимать клобук?" Они же отвечали, что потому что собор осудил тебя, и дела твои обличили тебя. Поэтому от сего дня не подобает тебе называться патриархом, поскольку ты сам собой и из-за гордости оставил свою паству с клятвой.

Никон же отвечал:"Если и собор осудил меня неправедно, если и дела мои несуществующие обличили меня, если и паству мою я оставил, но вот этого не сделаю, чтобы мне самому снять с себя клобук. Он утверждает меня в хранении священного и монашеского образа, чтобы сберечь мне их до исхода души моей. А что хотите, то делайте. Потому что я видел вас, что вы здесь иностранцы, пришельцы из дальних земель и пришли сюда не что-нибудь доброе сделать или мир принести, а потому что живете в порабощении у турок и скитаетесь по всей земле , прося себе денег, чтобы не только самим пропитаться, но и обладающему вами дань дать.

А потом добавил:" Спрошу и я вас кое о чем. Откуда вы законы такие взяли, что такое с дерзостью делаете? Если бы я и виноват был, и достоин осуждения, почему тайно это делаете? Привели меня в малую церковь при монастыре , в которой нет ни царя, ни царского синклита ни русского народа? Или я по благодати Духа Святого паству свою или пастырский жезл в этой церквице принял? ПОверьте мне, эта церковь была создана нашим смирением задолго до того, как избранием Святого Духа, желанием, настойчивостью и слезным молением царя и его страшными клятвами, засвидетельствованных Самим Богом, мы восприняли патриаршество в святой соборной и апостольской церкви перед всенародным множеством. Не желал я , ни искал, ни старался о получении этого сана.

Если же у вас есть желание меня неправедно осудить и извергнуть, пойдем в святую Божию церковь , в которой мы восприняли пастырский жезл, и если окажется, что я достоин вашего намерения, то пусть будет, как вам угодно. И что хотите, там и сделаете.

Услышав это, они отвечали:"Что там, что здесь - все одно и то же, совершается указом благочестивого царя и волей всех архиереев. А что царского величества здесь нет, то на то его царская воля".

И немедленно вселенские патриархи сняли с Никона упомянутый клобук с жемчужным крестом , затем сняли с него и панагию, бывшую у него , серебряную и позолоченную,  с драгоценными камнями. Тогда Никон сказал:" Вот, как пришельцы и невольники, если возьмете ее себе и разделите, то найдете на время отраду и избавление от нашедших на вас скорбей". Они же услышав это, взяли клобук с панагией и вручили их стоявшему при Никоне монаху Марку. А на святейшего патриарха возложили простой клобук , сняв его со стоявшего там греческого монаха. Мантии же архиерейской и посоха у Никона там не взяли ради страха всенародного. После этого громогласно объявили Никону, что больше он не должен именоваться патриархом и в свой построенный монастырь Воскресения Христова чтобы не возвращался, а чтобы пошел на назначенное ему место покаяния - в монастырь под названием Ферапонтов в Белоезерских пределах. И с тем его отпустили.

Он же вышел и, садясь в сани, вздохнул и сам себе сказал:"Ну, Никон, получил ты это , а если бы не говорил правды, да водил дружбу, да готовил пышные пиры и с ними обедал, никогда бы с тобой такого не случилось.  И так сел в сани и поехал к себе на двор.

C cобора за ним послали провожать до двора и быти на дворе в надсмотрщики уже упомянутых архимандритов Павла и Сергия, из которых Павел был муж смиренный и кроткий, а Сергий - горд, как древний Фараон, и велеречив.

Когда блаженный Никон возвращался с собора и на пути разговаривал с идущими вокруг него иноками,Павел и Сергий шли за ними.Когда патриарх Никон что-то начинал говорить, тогда этот Сергий кричал "Замолчи, замолчи, Никон!", издеваясь над ним, и это было не один и не два, а много раз. Один раз, когда он опять, как только  Никон пытался что-то сказать, закричал "Молчи, Никон!".Никон повернулся и повелел своему эконому, который шел за ним, передать тому:"Если имеешь власть, то иди и закрой мои уста на замок, чтобы я не говорил".

Эконом Феодосий обращаясь к Сергию, сказал:"Святейший патриарх указал тебе сказать, что если имеешь власть, то иди и закрой ему рот, чтобы он не говорил". Услышав  это, Сергий закричал на эконома, как зверь:"Что это ты монах монаха называешь патриархом? Это не патриарх, а один из обычных монахов". Когда же этот Сергий дерзнул такое сказать, как из идущего за ними народа кто-то громко крикнул:"Как ты дерзаешь это говорить! Ведь это наименование было дано свыше, а не от тебя, гордеца". Услышав это, Сергий позвал идущих с ними воинов, чтобы схватили крикуна. Они же ему отвечали, что его уже схватили и отвели куда следует.

Из-за страха народного возмущения вокруг Никона шло множество воинов. Эконом Никона Феодосий рассказал ему, что вот, что случилось. Патриарх же сказал:"блажени изгнани правды ради, яко тех есть царство небесное".

Добрались они до двора, и Никон сел читать святые книги, чтобы утешиться в случившемся с ним. А любил он и читал больше всех книг толкование святого Иоанна Златоустого на послания Павла апостола. Но  этот Сергия нагло ворвался к нему во внутреннюю келию и сел  напротив него, нагло вел себя, снял с себя камилавку, являя свое бесстыдство, и начал говорить Никону какие-то слова, словно в утешение, а на самом деле издеваясь. СВятейший же Патриарх сказал:"Сергий! Кто тебе разрешил бесстыдно сюда входить и стужать нам?"

Тот же отвечал:"Царское величество, вселенские святейшие патриархи и весь освященный собор". Никон же сказал:"Пусть так. Но зачем же ты лаешь на меня, как наущенный пес?" Тот же от этого еще сильнее взъярился и стал еще больше над ним издеваться. Патриарх же сказал ему:"Сергие, Сергие! Вижу, что ты угождаешь царю и прочим, желая и надеясь занять мой престол. Истину тебе говорю - спустя малое время и того , что имеешь, будешь лишен. И больше ничего ему не говорил, но молчал.

Так и сбылось, спустя малое время с бесчестием извержен был Сергий с архимандрии и жил остальное время в городе Ярославе в Толгском монастыре простым монахом.

Когда же наступило время вечернего славословия, и начали службу по уставу обители, но ектеньях поминали святейшего патриарха Никона по обычаю. Услышав это, Сергий опять начал кричать, запрещая это говорить :"Что вы делаете, простого монаха патриархом называете?" Священник же и остальные на его запреты не обращали никакого внимания.

Наступила ночь. Этот Сергий взял горящие свечи и пошел во внутренние келии, где жил святейший патриарх , также и в те сени, и на крыльцо, везде все осматривал и говорил:"Как бы Никон не сбежал". А на самом деле от царя ему было указано провеить только одну стену. И так всю ночь под разными предлогами мучал патриарха и над ним издевался.

В ту ночь и в те дни многих предали великим пыткам. Пронеслось же слово, что мучают этого Иоанна Шушерина, но все было по другому на самом деле. Когда сего Иоанна взяли и привели перед царя и отдали под стражу,  митрополита Афанасия спустя несколько времени, сослали на изгнание в монастырь преподобного Макария, который стоит на Желтых водах на Волге. Там и жизнь свою закончил в изгнании. Но не только они вдвоем пострадали, многие , сочувствовавшие Никону, претерпели муки , узы , темничные заточения и великие раны. Но опустим это за множеством.
Tags: История
Subscribe

  • Утонули в пустыне.

    Оманский султанат , который располагается в одной из самых сухих пустынь мира, утонул 15 июля

  • Здоровье превыше человека

    Сумасшедшие будут кромсать геном человека в перманентном режиме.…

  • Комедия для слабоумных.

    12 часовая очередь из десяти статистов стоят перед дверями в гардероб детской поликлиники Мужик в синей футболке стоит за дверями , никому не…

promo ortheos сентябрь 18, 2014 10:40 27
Buy for 10 tokens
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments