ortheos (ortheos) wrote,
ortheos
ortheos

Categories:

Житие патриарха Никона ч.7

Детство, отрочество, юность
Никон монах
Никон митрополит
Новгородский бунт
Никон патриарх
Воскресенский монастырь


Прервемся же и расскажем об иеродиаконе Феодосии. Живя при патриархе, стал иеродиакон лезть к нему в приближенные и поклеветывать. Святейший же хотя и не понял, что тот с умыслом творит, но никакого внимания на то не обращал.
Была на том острове ради мирских построена баня , в которой парились служилые люди. И заметили как-то эти служивые, что диакон и некий неизвестный человек, что-то делают странное в бане . Спросили их, и тогда диакон молча развернулся и ушел в монастырь, тогда они схватили незнакомца и стали распрашивать тщательно, что они творили - уж очень странно это все выглядело. Наконец, незнакомец рассказал, что иеродиакон делал какую-то химическую смесь. Служивые донесли об этом патриарху.

Святейший немедленно повелел своему приказному дворянину Василию Поскочину того диакона взять и распросить обо все подробно. Диакон же, поняв, что отпираться бессмысленно ,рассказал, что послан он был митрополитом Крутицким Питиримом и Павлом, чудовским архимандритом, чтобы извести патриарха при помощи яда, который он и делал в бане. За это они ему посулили митрополию Великого Новгорода. Первое питье он подмешивал патриарху и келейным старцам, чтобы они были к нему ласковы и  добры, и уже подносил патриарху в хрустальной кружке, но тот увидел что питье мутное ,и поэтому вылил и попросил принести свежее, и тем себя от отравы спас. А малые старцы келейные пили не разбирая, почему и любили иеродиакона. А сейчас по наущению вышеупомянутых лиц он строил смертную кову, и  брал тайно у него волосы с головы и бороды , и из постели, и из следов, и из стелек, и хотел навести на него порчу. А его напарник ни о чем не знал и был только на подхвате.

Слыша все это от приказного, и читая собственноручно написанное диаконом , удивился силе Великого Бога , что сохранил его от смерти и воздал славу Христу Богу за избавление от коварного замысла и вспомнил, что действительно вылил как-то мутное питье из кружки, принесенной иеродиаконом. Немедленно приказал написанное иеродиаконом и протокол допроса вместе со связанными заговорщиками отправить в Москву к царю.

Когда все это дело дошло до слуха царя, то повелел снова допросить заговорщиков  большим боярам князю Алексею Трубецкому и Никите. И начали допрос, а тот от всего отрекся, и сказал, что понятия не имеет, о чем речь, и что на мысли у него того не было. Царю донесли. Тот повелел передать преступников городскому суду и допросить с пристрастием, как и прочих злодеев.

После пыток сознался Феодосий, что было в Крестном монастыре и попорядку обо всем рассказал. А тем временем патриарх Никон вернулся из Крестного монастыря в Воскресенский.

Доложили царю, что святейший патриарх вернулся с берегов Океана в Воскресенский монастырь, и тогда он посылает своего ближнего человека Иродиона Стрешнева и  сообщает патриарху о вышеупомянутом иеродиаконе Феодосии, что был прислан с Крестного монастыря в Москву, что он во всем сознался и принес повинную царю  в том же, в чем написано было в послании патриарха. И теперь, что его святейшество о нем прикажет, то государь и велит сделать. Или смертью казнить, чтобы прочим неповадно было, или в дальнюю ссылку, или на свободу отпустить.


Патриарх , выслушав послание от царя, бил челом на милости государя, благодарил за тщательный розыск истины и добавил, что воля царя в этом деле. Он же от того диакона чист. Поскольку же сохранил его Сам Бог от такого коварства, то он против того иеродиакона не обвинитель и не истец, а прислал его только чтобы стало ясным злоумышление митрополита Крутицкого и Павла Чудовского архимандрита с клевретами их. А что делать с тем диаконом - пусть сам царь и решает.

О ССОРЕ ЦАРЯ С ПАТРИАРХОМ.

Спустя немного времени позавидовал враг великой любви царя и патриарха и начал устраивать между ними безсоветие и распрю через некоторых злых людей. Когда случались праздничные дни, и были у великого государя выходы в соборную церковь и на исхождение с литией, то  подучили царя злые советники не выходить больше по обычаю. Один раз святейший патриарх долго его ожидал и  продолжали благовест творить. Царь же прислал к нему дьяка с повелением его не ждать. Тогда патриарх Никон оставляет свой пастырский престол и ставит жезл патриарший в соборной и апостольской церкви Успения Пресвятой Богородицы в торжественный день ризоположения Христа Бога нашего в 10 день июля. Царю же посылает собственноручное письмо, в котором просит пожаловать ему келью для того чтобы там жить. Царь, получив письмо, посылает к нему ближнего боярина Алексея НИкитича Трубецкого в соборную церковь. А там уже народ, видя странные и непонятные дела, плач и рыдание поднял, и заперли двери, чтобы не выпускать Никона из церкви.

Пришел ближний боярин и видя, что святейший в черном клобуке и с простой палкой в руке, передал слова государя:
"Повелел тебе великий государь сказать, что ты вот просишься в келью, а на патриаршьем дворе есть у тебя кельи, которые сам же и построил". Никон же отвечал: "Не мои те кельи. А тех, кому государь благоволит в них жить. А меня бы пожаловал государь и отпустил жить в монастырь". Боярин вернулся к царю и спустя малое время вернулся с теми же словами, добавив "ВЕликий государь велел у тебя спросить, нет ли у тебя какой обиды или обвинения на Государя? Если есть, изволь высказать". Никон же отвечал:
"Ни обиды ни обвинений на великого государя у меня нет. Но оставляю престол из-за многих моих грехов, что  из-за меня грешного, войны и эпидемии на его государство приходят (святейший намекал на спасение им от мора царской семьи и на победы царя во всех войнах, на которые благословлял Никон).

Боярин второй раз ушел к царю. Благочестивые миряне за  его спиной двери крепко закрыли и держали, чтобы не выпустить патриарха, и так ждали прихода царя.

Патриарх сел на нижнюю ступеньку своего места посреди церкви, лицом к западным церковным дверям, и время от времени вставал, пытаясь выйти, но народ становился стеной и не пускал сделать ни шагу, и все плакали, и сам патриарх, видя слезы их, прослезился.

Наконец, в третий раз пришел боярин  с некоторыми другими и сказал: великий государь указал тебе сказать, что где сам выберешь монастырь, там себе и келью избери.

Тогда патриарх поклонился перед боярином и сказал:"Челом бью великому государю за его милости". С этими словами он вышел из соборной церкви и пошел к экипажу, который специально для него был приготовлен из-за великой грязи на Ивановской площади в то время. Народ же увидев это, разломал телегу, разрезал на куски упряжь и коня прогнали.

Святейший, видя, что на телегу ему сесть не дали, пошел прямо по грязи пешком, тогда пригнали ему другую карету, но он не сел. За ним бежало множество народа, и немедленно закрыли врата Спасской башни, чтобы он не  вышел. Ему пришлось сесть в одном из проемов и опять плакали, что пастырь оставляет овец. Скоро пришли царские сановники и по их приказу открыли ворота. Тогда патриарх встал и опять пошел пешком через Красную площадь и Ильинский перекресток до самого своего воскресенского подворья. За ним шло множество народа и теснили его и плакали. Он же войдя в Воскресенское подворье, вошел в свои кельи, на пороге развернулся, благословил всех и преподал мир народу, и ушел к себе. Народ же потом разошелся.

Святейший патриарх Никон , пробыв на воскресенском подворье три дня и три ночи, испросил в новодевичьем монастыре две простые плетеные киевские коляски, на одну положил вещи, на другую сел сам, и отправился в свой Воскресенский монастырь.

Узнав о том, что патриарх едет на простой коляске, царь немедленно посылает вслед его того же боярина князя Алексея Трубецкого с патриаршьей каретой, и наказом убедить, чтобы патриарх ехал в своей карете. И хотя боярин очень спешил, однако Никона догнать не смог и передал указ царя уже в Воскресенском монастыре . Патриарх отказался принять карету, и ее отвезли в монастырское село называемое Чернево, там ее и поставили, и стояла она там долгое время.

А святейший патриарх возложил на себя вериги железные и полностью посвятил себя молитвам и воздержанию, самолично руководить церковной стройкой, причем кирпичи сам своими руками носил вместе с братьей этого монастыря. Кроме того вокруг монастыря патриарх начал делать пруды и разводить там рыбу в садках, и строить мельницы, и сажать огороды и сады, сечь лес и расширять посевные поля, рыть осушительные рвы по болотам и сенокосы устраивать, сам сено сгребал и всяческим образом всеми трудами трудился , всем быв образом и прежде всех за все труды принимался. И жил, прилагая труды к трудам.

Царь , слышав о таких его подвигах, много раз присылал к нему свою милостыню, по тысяче и по две рублей , также и братии посылал потребное для пищи. В завершение же дал ему царскую милость - для содержания патриарха Никона пожаловал ему три построенные им монасытря, чтобы руководил ими самолично, и питался от тех монастырей и земледельцев тех монастырей всякими доходами и угодьями, и из тех доходов строил свою великую церковь, а своих царских оброков и доходов с тех земель брать запретил. А было тогда за всеми теми монастырями больше шести тысяч крестьян. Кроме того, каждый год царь присылал патриарху за соляные Камские варницы еще по две тысячи рублей.

Так на эти деньги и строил патриарх свою великую церковь Божию , но больше всего своими трудами.
Tags: История
Subscribe

promo ortheos september 18, 2014 10:40 25
Buy for 10 tokens
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments