November 14th, 2019

Дмитрий Скворцов

Египетская тьма греческой веры

Очередная «высшая раса» нуждается во вразумлении



«Интересы греческой солидарности, которые фактически стали проявлением этнофилетизма, перевесили интересы всей полноты Православия». Так прокомментировал Отдел внешних церковных связей УПЦ (МП) признание предстоятелем ЭПЦ Иеронимом «автокефалии Украины», «дарованной» греком же Варфоломеем.
Это не что иное, как обвинение в ереси. Ересью этнофилетизма называется в православии служение сиюминутным интересам нации (часто – ложно понимаемым) в ущерб единству Церкви.
И хотя заявление ОВЦС датируется 29 октября 2019 г., указанная болезнь проявилась в Константинопольском патриархате ещё на заре Эпохи Возрождения (не зря названной Л.Н. Гумилёвым Эпохой Вырождения).

«Национальной проблемы в Византии многие столетия не существовало, – рассказывал в своём фильме «Гибель империи. Византийский урок» митрополит Тихон (Шевкунов). –
Византийцы буквально исполняли христианское учение о новом человечестве, живущем в Божественном духе, “где нет ни эллина, ни иудея, ни скифа”…
На византийском престоле, например, императоров-армян было почти столько же, сколько и греков, были люди с сирийскими, арабскими, славянскими, германскими корнями… Все это обеспечивало ни с чем не сравнимое культурное богатство византийской цивилизации…
Идею нации, а затем и национального превозношения, византийцы, а точнее византийские греки, которые без сомнения были государствообразующим народом в Византии, позаимствовали у европейцев, которые сами жили в небольших национальных государствах, построенных на этническом принципе. Например, Франция, немецкие государства, итальянские республики… 100 лет византийские греки боролись с этим искушением и не давали себя сломить. “Мы все ромеи – православные граждане Нового Рима”, – заявляли они.
Надо заметить, что происходили все эти процессы в самом начале эпохи, названной историками Возрождением – всемирным воссозданием именно национальной, эллинско-греческой, языческой идеи. Тяжело было грекам не соблазниться этим западноевропейским Ренессансом, не впасть в искушение перед восторгом и пиететом европейцев, млевших от культуры их великих предков.
Первой поддалась тогдашняя интеллигенция: просвещенные византийцы начали ощущать себя греками. Пошли националистические движения, отказ от христианских традиций и, наконец, при императорах Палеологах имперская идея уступила место узко-этническому греческому национализму. Но предательство имперской идеи не прошло даром: националистическая лихорадка разодрала империю, и она быстро была поглощена соседней исламской державой… К слову, надменность греков привела к тому, что славян в империи стали дискредитировать. Этим Византия оттолкнула от себя болгар и сербов, которые реально могли помочь в борьбе с турками…».




«Греческая заносчивость и церковный национализм способствовали проникновению в Переднюю Азию мусульманства и утверждению его среди арабов (не всех, разумеется), которых греки считали людьми ниже себя», – так прокомментировал нашему изданию катастрофу, обозначившую закат Средневековья историк Андрей Марчуков.
И уже в Новое время русские православные наблюдали в пределах некогда действительно Вселенского патриархата следующую картину: «Считают они себя самыми православными и на нас, русских, и на всех остальных православных смотрят свысока, а греческое православие обратилось лишь в одно национальное знамя; духовенство в самом плачевном состоянии; белое духовенство совершенные неучи и монахи, кот[орые] чему-нибудь научились, проживают в городах и предоставили монастырь немытым и нечесаным дармоедам, кот[орые] позорят монашеский сан... Есть, слава Богу, исключения, но мало» [Письма в. кн. Константину Константиновичу королевы греческой Ольги Константиновны (сестры). ГАРФ. Ф. 660. Оп. 2. Д. 214. Л. 5-10. №1. Афины. 3 (15) января 1886 г.]. И затем Королева Эллинов Ольга писала брату: «Грустно признаться, но я вижу, как Православие в Греции все больше превращается в национальное знамя, а не есть потребность народной души» [ГАРФ. Ф. 660. Оп. 2. Д. 229.Л. 184 -184 об. №12. Афины. 22 февраля (6 марта) 1899 г.].



«… Здесь впадают во всякие католические веяния, узость, нетерпимость, высокомерие… Повторяю, здесь вспоминают о православии, только, когда это нужно для политики» [ГАРФ. Ф. 660. Оп. 2. Д. 233. Афины 25 марта (7 апреля) 1903 г.].
Поразительно, что в этот период именно Константинопольская церковь и определяет ересь филетизма (собор 1872 г.). Но не по отношению к себе – давно уж тем страдающей, а прилагательно к Болгарскому расколу (провозглашению болгарами автокефалии). Притом, что первая болгарская каноническая автокефальная церковь существовала с X века!
Тем не менее, определение ереси филетизма как такового оказалось верным и воспринятым всей полнотой Православия: «Мы отвергаем и осуждаем племенное деление… в Христовой Церкви, как противные евангельскому учению и священным законам блаженных отцов наших… Приемлющих такое деление по племенам и дерзающих основывать на нём небывалые доселе племенные сборища, мы провозглашаем, согласно священным канонам, чуждыми Единой Кафолической и Апостольской Церкви и настоящими схизматиками».

Не прошло и века, как «отвергающие и осуждающие племенное деление» принялись уже открыто и официально делить Соборную Церковь на более заслуженные и менее достойные племена. Вот как в
1947 году объяснил Фанар свой отказ принять приглашение Русской церкви на инициированное ею Всеправославное совещание по вопросу экуменизма: «Если славянские народы забыли, что греки дали им культуру и что они приняли свет христианской веры от христианского светильника греческой Византии через греческих миссионеров и что поэтому они должны из благодарности отдавать должное почтение и благосклонность греческой расе, которая их воспитала и просветила, а не проявлять себя низкими и неблагодарными неприятелями, то всеправославное сознание сметёт их мрачные и вероломные планы, – писал спустя какие-то два года после победы восточных славян над другой «высшей расой» митрополит Закинфский Хризостом – И если когда-либо соберется общий Конгресс Православных Церквей или Вселенский Собор всех Православных Церквей, то первую речь будет иметь Вселенская Патриархия, которая по божескому праву созовет на один такой Вселенский Собор все Православные Христианские Церкви на основании права, которое она имеет по святым канонам…».
Такое вот воплощение «Кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом» (Мф. 20:26-28). Не зря же святой папа Римский Григорий Двоеслов, назвавшись «слугою слуг Божиих» ещё в VI в. «протролил» так Константинопольского патриарха, первым назвавшегося Вселенским.

Но в чём же «вероломство и неблагодарность славян воспитавшим их грекам (хотя, как мы уже знаем, просвещали славян не греки в нынешнем их понимании, а мультинациональные ромеи)? Да в том, оказывается,
что посмели созывать всеправославное совещание, не испросив воли Стамбула!
«Оскорбительная для Русской Церкви мысль о каком-то ее неприятельстве в отношении Греческих Церквей, об ее “мрачных и вероломных планах” может явиться лишь у тех, кто привык судить о других по себе, – отвечал в 1947 г. Фанару выдающийся канонист, профессор С.В. Троицкий. – Что же касается греческой культуры, то не нужно забывать, что у славян была и своя, стоящая на довольно высокой ступени культура и что влияние на славян греческой культуры далеко не всегда было благотворно. Вспомним, хотя бы, гуманность русского законодательства в «Русской Правде» и жестокость византийского законодательства в «Прохироне», усвоенном и православными славянскими государствами».
Но самым ярким представителем греческого «православного» шовинизма в XX в. стал Экуменический ересиарх Варфоломей…

Читать дальше...

promo ortheos september 18, 2014 10:40 25
Buy for 10 tokens

О вакасюдоках.

После убийства доцентом своей ученицы-любовницы поднялась бурная дискуссия о допустимости бурных личных взаимоотношений учителя и ученика .
Одни убеждены - "они взрослые люди, сами могут решать" , другие потрясают этикой.


Греческая образованность подарила миру два явления.
Школы и педерастию.
Причем при внимательном изучении они оказываются одним явлением.

Collapse )

Незаживающая рана европейского ума.

В продолжение темы об аналитическом мышлении, как источнике разложения и вечной смерти.

Вот что пишет "отец европейской науки" Фрэнсис Бэкон в своем трактате " О достоинстве и преумножении наук" , показывая , каким образом происходит мышление в нем самом.

"Образы и впечатления от единичных предметов , воспринятые органами чувств, закрепляются в памяти.
При этом первоначально они запечатлеваются в ней как б нетронутыми, в том самом виде, в каком они явились чувственному восприятию.

И только потом человеческая душа перерабатывает и пережевывает их ,а затем либо пересматривает , либо воспроизводит их в своеобразной игре (in ludo) , либо соединяя и разделяя их, приводит в порядок"


Очевидно, что такое мышление свойственно не только ему, но и всем его читателям- т.е. современникам и коллегам, иначе бы он не искал и не находил  подтверждения своим словам в их собственном опыте.

Первый абзац - это не что иное, как ИКОНОПИСЬ.
 Это отпечатлевание иконы в уме от первообраза реальности. И этот процесс здравый и действительный.

А вот второй абзац - это и есть аналитическое мышление, разложение , разрушение сформировавшейся иконы, и самостоятельное конструирование из останков трупа франкенштейна воображения, иллюзии.
Обратим внимание, что Бэкон говорит , что воспроизводит их в "своеобразной игре" - in ludo. Слово "иллюзия" - это "in lusia" - "в- игрывание". Аналитическое мышление - это не реальное мышление, это мышление, которое  формирует иллюзию по своему собственному вкусу и желанию.

Ярким примером такого мышления является хохлопропаганда- впрочем, как любая пропаганда. Советская, фашистская, либеральная . Любая пропаганда построена на этом принципе - разложении цельного образа на элементы и собирание из них фантомов по собственному вкусу. Так и из кровавого тирана  Сталина получается православный святой, и из святого страстотерпца Николая кровавый тиран и душитель свободы .

Целомудренное же мышление имеет другое развитие.

"И потом человеческая душа, через постоянную практику общения с первообразом на опыте  познает сердцем и умом цельную совокупность его свойств и от этой совокупности цельно-познает первообраз

Итогом чего является имя, с которым этот опыт и совокупность свойств соединяются в уме неразрывно и неразложимо."


Самый яркий пример - это мама.
Ребенок не разжевывает маму, не пересматривает ее, не соединяет и не разделяет впечатлений от нее.
Ребенок через саму жизнь на опыте познает, что такое это- мама. И совокупность этого опыта соединяется неразрывным образом в одно имя. Которое достаточно сказать - и выразить все. Причем разложить, анализировать это понятие уже не возможно - в этом и есть целомудрие.

Если желаете, то можете взять другие такие же слова , с которыми это целомудрие через опыт сопряжено неразрывно:  "чадо", "любимая", "милость", "родина"  и многие другие.

Они неразложимы , не подвержены анализу в принципе.  И горе тому, кто подвергнет их "анализу" в своем мозгу.

Этот принцип заложен в иконопись.
Иконопись - это не  прикладное искусство со спецификой правил и канонов.
Иконопись - это подлинная наука, настоящее познание бытия , противоположное и враждебное аналитическому мышлению.

Собственно в этом и заключается пропасть между русским православным человеком и европейски образованным. Она в этой глубокой бэконовской ране ума, из-за  которой европеец не в состоянии думать цельно. Он все разлагает, все разрушает (включая "мама", "любимая", "чадо", "родина")  и из обломков лепит призраков, по своему вкусу и по текущей моде -  призраков,  которые ему до смерти милы.

Вы удивляетесь тому, что в Европе и США люди такие "доверчивые", что верят пропаганде в стиле "русские придут и съедят всех людей"?
Они не "доверчивые". Им вообще не нужна правда, т.е. неразложенные , цельные образы прототипов.

Это цивилизация , вселенная преднамеренных иллюзий. Они собственно и ждут их, и единственное требование к ним от этих иллюзий - чтобы был дизайн и тренд.

"доверчивые европейцы" бы не поняли властей, которые вдруг перестали бы эти иллюзии испускать.
Да, это не что иное, как наркомания без наркотиков.
Именно поэтому в Европе легализуют наркотики.
Наркотический бред - это естественное и желанное состояние аналитического ума.

Пресловутый же постмодернизм - это этап, когда сознание, погрузившись в мрак собственных аналитических иллюзий, вдруг понимает, что кроме них ничего не видит и не воспринимает.
И тогда оно отрицает само существование истины - цельных образов - отпечатков с истинных прототипов. И признает существование только собственных иллюзий .

И здесь удивительно сходятся в одной точке постмодернизм, европейский солипсизм, индийская философия и буддизм.
Имя этой точке- Пилатово "Что есть истина".